Рассказы о Генрихе Мхитаряне
ArmFootball.com предлагает Вашвму вниманию статью о полузащитнике сборной Армении и донецкого «Шахтера» Генрихе Мхитаряне, опубликованную в украинском издании PROSPORT.
В гулком холле совершенно безлюдной по причине раннего времени базы «Шахтера» сидит молодой человек, которого шутники называют ее директором. Правда, кроме того его, напротив, без тени иронии называют «наш Бекхэм», как будто имя и фамилия его недостаточно выдающиеся, чтобы избежать необходимости выдумывать дополнительные прозвища.
Генрих Гамлетович производит впечатление крайне интеллигентного молодого человека. Он говорит негромким голосом и все время кажется немного грустным, но, возможно, это ощущение вызвано той присущей его нации породистостью, которая легко позволяет отличить ее представителей от других южных народностей. Правда, в остальном Мхитарян катастрофически не похож на поп-звезду, которой он, согласно заверениям сотрудников медиадепартамента «Шахтера», уже является (о чем свидетельствует самый надежный современный способ измерения народной любви — количество лайков в «Фейсбуке»).
Мхитарян говорит по-русски вовсе без акцента, хотя в его речи нередко проскакивают ошибочные словоформы, что часто наблюдается у вынужденных полиглотов. Для людей, которые зарабатывают на жизнь игрою в футбол, географически богатая биография не является чем-то исключительным. Но к своим 24 годам Генрих совершил несколько перемещений по довольно необычным маршрутам, которые в итоге и привели его к жизни «директора базы», «донецкого Бекхэма» и любимца болельщиков «Шахтера».
Париж — Ереван
У Мхитаряна были неплохие шансы на то, чтобы повторить судьбу Алена Богоссяна или Юрия Джоркаеффа, — он оказался во Франции, когда ему не было еще года. Отец Генриха, Гамлет, который прославился в 1984 году, забив за «Арарат» 18 мячей (и сделав за сезон три хет-трика и один покер), принял приглашение клуба третьего французского дивизиона «Валанс». За эту команду Гамлет Мхитарян отыграл пять лет, после чего несколько месяцев провел в «Арарате» из Иси-ле-Мулино, расположенного неподалеку от Парижа. Однако сказать, что у Генриха-младшего французские футбольные корни, было бы некоторым преувеличением:
— Я просто иногда ходил с отцом на тренировки, баловался, а потом уже не было времени заниматься футболом, так как отец заболел. Но выучил французский — он у меня не очень свободный, но могу общаться, — говорит Генрих.
У Гамлета Мхитаряна обнаружили опухоль головного мозга, сделали несколько операций. Семье пришлось вернуться в Армению, где в 1996 году Гамлет Мхитарян скончался. Генрих начал всерьез заниматься футболом уже после смерти отца.
В детстве бытовые перепады воспринимаются проще, так что Генриху различия между мироустройством в Париже и в Ереване середины 90-х не показались чем-то потрясающим.
— Да, электричество отключали, — будничным тоном говорит он. — Воду давали только часами — в день по четыре часа. Да, мы видели, что после Франции в Армении трудно, но мы понимали: это жизнь и надо с трудностями бороться. В футбол мы поначалу играли не на поле, а на земле. Тогда не было травы. И условий не было: например, после тренировки еле-еле находили воды, чтоб купаться или хоть умыться до того, как пойти домой.
— Тренеры у вас хорошие в детстве были?
— В маленьком возрасте тренер учит тебя, как бить по мячу и получать удовольствие от футбола, потому что в этом возрасте делать какую-то серьезную тренировку смысла нет.
— Говорят же, что именно в детстве ставится техника.
— Ставится, но если футболист хочет учиться. И кроме того, что ты тренируешься на поле, ты должен был тренироваться еще и дома или во дворе, чтобы научиться хоть чему-то. Потому что в день бегать за мячом час или полтора — этого не хватит.
Не успев познакомиться с французской системой подготовки футбольной молодежи, Генрих привез из Парижа багаж, скажем так, культурного характера.
— Я смотрел разные ролики о технике, с футболистами, которые проводили тренировки в разных командах, у меня было очень много кассет. Например, 1500 голов всего мира, или там Франк Лебеф проводил тренировку с маленькими ребятами, когда он играл еще в «Страсбуре».
— Вряд ли Лебеф был вашим любимым футболистом.
— Как футболист идеал был для меня Зидан. Может, это еще связано с тем, что он был французом — ну, по паспорту. Играло большую роль то, что раньше мы жили во Франции, и для меня французы были как родные.
Ереван — Сан-Паулу
В 13 лет Мхитарян проследовал по совершенно умопомрачительному маршруту — его первым зарубежным клубом следует считать бразильский «Сан-Паулу». Правда, в нем Генрих провел только четыре месяца.
— Между «Пюником» и «Сан-Паулу» заключили договор, что надо каждые шесть месяцев меняться игроками, — говорит он. — Я там научился очень многому, так как играть с бразильскими футболистами — это очень здорово, они очень техничные. На тренировках больше уделяли внимание ударам: как правильно бить по мячу и как правильно крутить его в угол. Мы жили на базе и в школу ходили на базе. В город выбирались раз в две недели с ребятами бразильскими.
— Куда именно?
— В торговый центр. А куда можно ехать в 13 лет?
— Вы успели выучить португальский?
— До того как ехать в Бразилию, нас учили португальскому в Ереване — наняли учительницу. Но учить — это одно, а общаться — это другое. Когда уже были в Бразилии, начали разговаривать, слышать, как они разговаривают, и я уже мог там свободно общаться со всеми.
В «Пюнике» Мхитарян дебютировал в 17 лет и забил в своем первом же матче. За три календарных года он успел стать четырехкратным чемпионом Армении, параллельно отслужив положенные два года в армии.
— У спортсменов был отдельный участок, где спортсмены вместе живут и могут уезжать на тренировки. Мы не каждый день там ночевали, но, когда было надо, могли прожить в участке несколько дней подряд. Когда оставались там, то служили как настоящие воины — подъем в семь часов, завтрак, одеться за 40 секунд…
— Неужели в Армении нельзя купить плоскостопие или язву желудка?
— Заплатить можно, конечно, но, раз ты гражданин Армении, ты должен служить как все. И ты ничем не отличаешься от других, и все люди у нас на одном уровне.
К Мхитаряну начали проявлять интерес такие команды, как киевское «Динамо», «Лион» и почему-то «Бока Хуниорс». Генрих подтверждает реальность этого списка, но с оговоркой:
— Интерес и получить приглашение — это совсем разные вещи. Почему я принял «Металлург» Донецк — я очень хорошо знал тренера «Металлурга», это был Николай Костов, который перед этим работал в армянском «Бананце». После того как я закончил армию — до этого я не имел права покинуть страну, — «Металлург» сделал предложение. Мне было приятно переходить туда еще и потому, что там играло несколько армянских футболистов.
Донецк — Донецк
После первого же сезона в «Металлурге» Мхитарян был назначен капитаном команды, однако в этой должности он пробыл всего полтора месяца. $7,5 млн стоил «Шахтеру» переезд Генриха с базы одного донецкого клуба на базу другого.
— Переговоры длились дня два-три, и мне помог спортивный директор «Металлурга» Вардан Исраелян — он тоже армянин, хотел сделать мне хорошее, и вот мы вместе обсуждали точки контракта, — рассказывает Мхитарян.
Если сравнению с Дэвидом Бекхэмом Мхитарян обязан в первую очередь своей популярности среди болельщиков, то директором базы донецкие остряки называют его за то, что все три года в Донецке Генрих прожил на базах «Металлурга» и «Шахтера».
— Мне тут удобно, есть все, чтобы после тренировки отдохнуть, перед тренировкой думать только о футболе, — объясняет Мхитарян. — Я не говорю, что каждый день думаю только о футболе и у меня в мыслях ничего нет, кроме этого. Просто я хочу вырасти как очень хороший футболист, поэтому предпочитаю жить на базе.
— Не надоедает?
— Нет, потому что, когда есть время и желание, если не уставший после тренировки, выходить в город мне никто не мешает. У меня в Донецке много друзей и знакомых — из «Металлурга», они тоже армяне, или ребята из «Шахтера» — я встречаюсь с ними.
— Кажется, в Донецке не так много мест, куда можно сходить.
— Не, просто вы места не знаете.
— Подскажите, какие есть?
— Очень много мест есть. Можно в шахту поехать, вы были в шахте?
— Нет, а вы?
— Я не был, но желание есть. Несмотря на то что там опасно, я хочу посмотреть, как люди там работают и борются за жизнь. До меня еще очередь не дошла — клуб не будет рисковать всех футболистов вместе туда отправлять (смеется).
— Вы сказали, что думаете не только о футболе, — а о чем еще?
— Ну, о жизни… Что меня интересует? Может, новости почитаю, книгу люблю читать, фильмы посмотрю какие-то, общаться с друзьями через «Скайп» или какие-то еще там сети.
«Шахтер» в нынешней Лиге чемпионов удивлял не столько даже результатами, сколько неожиданно самоуверенной и агрессивной манерой игры против обладателя Кубка чемпионов и чемпиона Италии — причем и на своем поле, и на выезде.
— Это связано с тем, что с каждым годом игроки набирались опыта, — объясняет Мхитарян. — С таким тренером, как Мистер, ты не можешь не расти, если ты хочешь. Так как у нас коман*да была очень молодая и все хотели учиться, думаю, что это дало свой плод. Мы теперь знаем, где в каком эпизоде и как играть. Мы понимаем, что в состоянии не отбиваться против «Челси», а играть. Мистер тоже стал нам больше доверять, теперь он гораздо реже повышает на нас голос.
Вывести Генриха из этого рассудительного равновесия, которое, похоже, является одним из главных его качеств, невозможно даже нарочито идиотскими вопросами.
— Скажите честно, вам очень скучно играть в чемпионате Украины? Мне многие матчи смотреть ужасно скучно.
— Мне не скучно, так как я играю, а не смотрю. Может, вам скучно от того, что мы не теряем очки с аутсайдерами. Есть некоторые команды, которые это делают, и как-то уже теряет смысл, что они должны бороться за чемпионство. Думаю, что Мистер нас очень хорошо настраивает даже на игры с соперниками, которые уже борются за выживание.
— Ну вы же заранее знаете, что выиграете.
— Нет, мы не знаем, что выиграем, все равно нельзя предсказывать, что будет.
— То есть вы утверждаете, что «Шахтеру» по-настоящему тяжело бывает играть в чемпионате?
— Не тяжело, но можно сказать, что играть в чемпионате, а потом в Лиге чемпионов — да, как-то трудно, потому что настраиваешься по-другому. Ты знаешь, что в чемпионате есть коман*ды, которые заходят на поле, чтобы не проиграть с крупным счетом, а в Лиге чемпионов одна маленькая ошибка может быть фатальной.
— Зачем вы ездите в сборную Армении? Это же пустая трата времени и сил, денег там не заработаешь.
— Потому что моя страна мне очень много дала в этой жизни, и я хочу вернуть это все. Для меня играть в сборной — это всегда удовольствие, так как я играю со своими очень хорошими друзьями, мы видимся с ними редко. Я хочу, чтобы моя сборная всегда выглядела очень хорошо в Европе и во всем мире разговаривали про Армению. А деньги для меня в этой жизни не первое место занимают. Для меня самое главное — это здоровье, слава, которую мне дает футбол. Я не трачу деньги непонятно — они есть у меня, но я трачу их постепенно, знаю, где тратить, а где не тратить.
ArmFootball.com
Эти играют в сборной Армении. Добавь туда и Мхитаряна, и сборная ДОЛЖНА играть на славу!
, Михаил Маркосов, Норайр Асланян и Масис Восканян, а Карлен Мкртчян, Артур Едигарян и Грайр Мкоян пропустят матч из-за дисквалификации.
